22 июня Европа не постеснялась сказать России "спасибо"
Казалось бы, что хорошего мы можем услышать от западных СМИ по поводу очень трагичного, но вместе с тем очень дорого нам 70-летнего юбилея начала Великой Отечественной войны? Да – ничего. Там ведь принято считать, что агрессор Гитлер попросту опередил агрессора Сталина, и хотя Советский Союз и внес свой вклад в борьбу с фашизмом, но победили во Второй мировой войне, прежде всего, все же западные союзники.
И, казалось бы, что плохого мы можем услышать по поводу юбилея из республик бывшего СССР, народы которых 70 лет назад бок о бок с русскими солдатами встретили агрессора? Да тоже – ничего. Только хорошее – сопереживание с нами по поводу этой трагической даты.
Реальность наших дней, однако, внесла существенные коррективы в эту схему: на Западе нас все же помянули добрым словом, а вот во многих местах бывшего СССР – обвинили и «выставили счет». И, самое печальное, что отметились на этом «поприще» даже центральные украинские СМИ, а отнюдь не галицийские. Но сначала все-таки – о реакции на Западе на этот юбилей. Кое-чего объективное тут все же прорезалось.
«На Западе забывают, до какой степени исход IIмировой зависел от СССР»
21 июня 1941 года в Великобритании огромная толпа болельщиков собралась на матч по крикету, пишет британская The Daily Mail, перевод статьи которой приводит «Инопресса.ру». «Лишь тот факт, что играли команды армии и королевских ВВС, напоминал о том, что идет война», — пишет журналист Тони Реннелл, поясняя, что немцы уже полтора месяца не бомбили Лондон. Болельщики даже не подозревали, что всего через несколько часов в тысяче миль от Англии начнутся события, которые изменят ход войны.
«Гитлер изменил тактику. Он прекратил попытки справиться с отважной одинокой Британией и двинул свою военную мощь на восток. Этим и объяснялось отсутствие самолетов «Люфтваффе» в лондонском небе», — пишет газета. 22 июня начался «большой матч», в котором «один тоталитарный режим безжалостно, ничего не чураясь, сражался с другим», по выражению газеты.
Гитлер назвал свою кампанию «Операция «Барбаросса»» — в честь средневекового императора. «Но то, что произошло, было подлинным варварством, в масштабах, ранее никогда не виданных Европой нового времени», — пишет автор. На Восточном фронте погибло 5 млн немецких военнослужащих, столько же было взято в плен, потери СССР составили 27 млн человек, две трети — гражданское население.
«Беспрецедентной была и жестокость обеих сторон. Это была кровавая борьба эпических масштабов между восточноевропейскими славянами и западными арийцами, подогреваемая идеологической борьбой немецкого нацизма с советским большевизмом. Обе стороны смотрели на противника как на дикого зверя, которого нужно убивать беспощадно, все понятия милосердия и гуманности были отброшены», — говорится в статье.
Гитлер призывал генералов вести войну на истребление, командование четко разъясняло немецким солдатам, что убийства, изнасилования и мародерство не только разрешены, но и активно поощряются. Военнопленные были вынуждены умирать с голоду или поедать друг друга, гражданских беженцев обстреливали, специальные команды СС вешали коммунистов и расстреливали евреев на оккупированной территории.
«Но, как оказалось, решение пойти на восток стало величайшей ошибкой Гитлера, из-за которой он проиграл войну», — пишет газета. Гитлер ожидал быстрой победы над деморализованной Красной армией, которую ранее сталинские чистки оставили без офицеров и командования, утверждает автор.
Один из факторов, которые спасли СССР, — принуждение и страх, говорится в статье. «Комиссары стояли позади линий обороны и неумолимо расстреливали тех, кто отступал. Но более важную роль сыграл патриотизм старой школы», — пишет автор. Военные и гражданские, включая женщин и детей, встали на защиту отечества. «Гитлер — не первый и не последний лидер, который обнаружил, что ничто так не объединяет разобщенный народ, как вторжение извне», — замечает автор. Поворотным моментом стала Сталинградская битва.
«Отступление немцев с территории СССР было неизбежным. Оно сопровождалось не меньшим варварством, чем вторжение», — пишет автор, рассказывая, что отступающие уничтожали мирное население, дома и запасы продовольствия на своем пути.
Историк Майкл Джонс сообщает, что в Белоруссии без малого 50 тыс. мирных граждан, в основном детей, поместили в концлагерь вместе с 2 тыс. больными тифом. «Предполагалось, что советские солдаты, которые придут их освобождать, тоже заразятся», — пишет газета. Даже обстрелянные военные испытывали шок от этих зверств, как и от зрелищ в лагерях смерти типа Майданека.
«В этом настроении Красная армия двигалась на восток», — пишет автор. И далее его, конечно, начинает «заносить». На территории Германии, пишет он, «многие начали ожесточенные нападения из мести, санкционированные официальными лицами». «Один солдат вспоминал, что спросил генерала, что им разрешено делать с немцами. «Что угодно»», — ответил офицер. «Так мы и поступали, расстреливали безоружных гражданских, кидали гранаты в подвалы, где укрывались женщины и дети», — говорится в статье (даже за мародерство командование привлекало красноармейцев к ответственности, вплоть до расстрела, что уж говорить о пойманных насильниках. – Прим. KM.RU).
«Один из немногочисленных советских солдат, которого судил военный трибунал по обвинениям в изнасиловании, носил в кармане гимнастерки письмо из дома, где ему сообщали, что фашисты расстреляли его отца, повесили мать, а сестру изнасиловали прежде, чем убить. По мнению писателя Майкла Джонса, собравшего эти свидетельства очевидцев, все это не оправдывало ужасных поступков советских солдат. Джонс отмечает, что, по его оценкам, жестокости совершались меньшинством советских солдат — 10-15%», — говорится в статье.
По мнению издания, жестокости Красной армии были выгодны нацистам: Геббельс призывал немцев бороться до последнего вздоха.
«Жертвы были ужасны, но не напрасны. На Западе часто забывают, до какой степени исход Второй мировой войны зависел от СССР», — пишет газета, объясняя эту забывчивость риторикой холодной войны. «Чудовищность сталинского режима также не дает смириться с тем, что четыре года этот виновник массовых убийств, на чьей совести еще больше смертей, чем у Гитлера, был нашим союзником. Но факт тот, что без затяжных боев на Восточном фронте западные союзники не смогли бы разгромить Гитлера», — говорится в статье. Если бы Гитлер быстро победил Красную армию, то захватил бы весь континент и вновь переключился на истощенную Великобританию.
«Мы должны быть благодарны за упорное сопротивление Советского Союза Гитлеру», — заключает автор.
«Сегодня невозможно, не запятнав репутацию, молчать об уничтожительной войне»
Почему немцам понадобилось столько времени, чтобы взглянуть в лицо правде о войне с Советским Союзом? Ответ на этот непростой вопрос попытался найти накануне юбилея нападения германии на СССР профессор истории Вольфрам Ветте, интервью с которым опубликовала немецкая Die Zeit (перевод «Инопресса.ру»).
«Преступления эпохи национал-социализма традиционно замалчивались или обрастали ложью. В случае с походом на Восток сюда добавлялась еще одна деталь: антибольшевизм, пропагандируемый национал-социалистами, продолжал жить в форме антикоммунизма, который стал одним из столпов начинающейся холодной войны. Таким образом, — говорит историк, — война против Советского Союза как бы получала законные основания. Те, кто при Аденауэре выступал против всего коммунистического, зачастую при Гитлере занимались антибольшевистской пропагандой».
Самый большой послевоенный кошмар западных немцев — «русские идут» — историк считает чистой воды психологической проекцией: «То, что немцы сделали с русскими — напали на них, чтоб захватить страну, разрушить ее и поработить или истребить население, — русские могут сделать с ними самими».
О войне, в общем-то, не молчали, продолжает Вольфрам Ветте: генералы в изобилии публиковали мемуары — было много написано и о поражении вермахта под Москвой. Но здесь историк указывает на один нюанс: в послевоенной немецкой литературе, где описывались военные операции на Востоке, ни словом не упоминалось о том, что война, которую развязали немцы против русских, проходила с нарушением всех действовавших на тот момент военных регламентов. «Популярностью продолжала пользоваться нацистская ложь о том, что немцы были вынуждены опередить Сталина, вынашивавшего захватнические планы против Германии».
Как отмечает далее историк, при создании бундесвера Германии не удалось четко отделить его от вермахта. Не мог же Аденауэр, по его собственному выражению, формировать армию из одних молоденьких лейтенантов. Показательный пример — дело Адольфа Хойзингера. С 1941 по 1945 год он участвовал в планировании и проведении восточной кампании, а в 1950-е годы стал генеральным инспектором бундесвера. И такие представители бундесвера не могли не оказывать влияния на формирование культуры воспоминаний о войне. «Например, — рассказывает профессор, пусть сейчас это звучит смешно, но они запрещали солдатам смотреть некоторые документальные фильмы. В случае необходимости срочно проводились какие-нибудь строевые занятия или ночные учения, и делалось это для того, чтобы новобранцы не сидели перед телевизором». И это практиковалось вплоть до 1980-х годов.
Первые серьезные книги о вермахте и войне на востоке (написанные Манфредом Мессершмидтом и Клаусом-Юргеном Мюллером) были опубликованы в 1969 году. Представители движения 1968 года не очень интересовались историей — их больше привлекали абстрактные теории фашизма. Тем не менее, их возмущала публичная ложь их отцов. По этой причине появился интерес к исследованию этого вопроса, замечает историк.
По мнению Ветте, падение Берлинской стены способствовало тому, что «взгляд в прошлое стал свободным от идеологического воздействия — как на Западе, так и на Востоке». Историки получили доступ к большому количеству новых источников, и сотрудничество с российскими коллегами стало более интенсивным.
Отвечая на вопрос журналиста о том, каким образом удавалось так долго поддерживать легенду о незапятнанном вермахте, Вольфрам Ветте напомнил, что через эту армию прошли 18 млн человек и большая часть участвовала в восточных операциях. Почти каждая немецкая семья оказалась затронута этой историей, а то, что происходит в семье, часто является определяющим для коллективного сознания. Сегодня больше невозможно, не запятнав свою репутацию, молчать об уничтожительной войне, в которой погибли 27 млн советских граждан, убежден историк.
А в только что опубликованном интервью «Немецкой волне» Вольфрам Ветте кое-что добавляет:
«Немецкая волна»: Какова была цель плана «Барбаросса»?
Вольфрам Ветте: Его целью было завоевать Советский Союз, уничтожить большую часть населения, использовать страну и ее природные ресурсы. Предполагалось молниеносное расширение жизненного пространства и на Востоке. Таким образом, границы германского «рейха» простирались бы от Атлантики до Урала.
«Немецкая волна»: Военные действия по уничтожению противника носили расистский характер?
Вольфрам Ветте: Совершенно верно. Гитлер был твердо убежден в том, что Советский Союз находится во власти еврейско-большевистских сил, и завоевать эту территорию возможно лишь в случае уничтожения правящей верхушки. В своем обращении к 250 генералам вермахта 30 марта 1941 года Гитлер подчеркнул, что речь идет о войне на уничтожение, которая не предполагает военнопленных. Красноармейцы, по его словам, не должны рассматриваться как просто солдаты противника, на которых распространяются международно-правовые нормы ведения войны. На практике это выразилось в таких цифрах: из 5 миллионов 700 тысяч советских военнопленных более 3 миллионов были уничтожены в немецких лагерях…
«Немецкая волна»: Можно ли сегодня говорить о том, что преступления фашистской Германии и война против Советского Союза получили правильную оценку в коллективном сознании немцев?
Вольфрам Ветте: Да, Вторая мировая война заняла свое место в политическом сознании немцев…
В бывшем СССР Россию обвинили в «оккупации»
Между тем в бывших советских республиках теперь иные настроения, пишет в своем обзоре «Фонтанка.ру». Там в средствах массовой информации памятную дату начала Великой Отечественной войны чаще всего просто проигнорировали или воспользовались ей как поводом еще раз напомнить об имперских амбициях России и обвинить ее в оккупации.
Украинские эксперты на страницах ведущих изданий «оторвались», что называется, по полной. Судя по публикациям, приход к власти Виктора Януковича едва ли сказался на националистических настроениях жителей Незалежной. Уверенность соседей в своей исключительности и праве на суверенитет подпитывается решением Конституционного суда страны, признавшего не далее как на прошлой неделе использование красного знамени победы незаконным. По мнению украинских патриотов, «поднимая копию этого флага над правительственными учреждениями, они консервируют колониальный статус».
Главным рупором антагонистов России стала ежедневная газета «День», тираж которой составляет более 62 тысяч экземпляров («День» — единственное издание в СНГ, выходящее на трех языках: украинском, русском и английском). В ней заслуженные и уважаемые мужи страны (доктора философских наук, профессора) рассказали о бесчинствах советской армии, недоумевали, зачем отмечать 22 июня («позорные поражения, энкаведистские расстрелы и массовая сдача в плен десятков тысяч воинов, которые не спешили защищать свое «социалистическое Отечество»»), а в качестве примера настоящих патриотов привели бойцов «украинской повстанческой армии».
«Украинцам отводилась роль не субъекта, а пассивного объекта истории, — пишет доктор философских наук Петр Кралюк. — Реально для сталинистов мы были пушечным мясом, а наша территория — лишь полем для военных действий. Нам отводилась роль части советского народа, где основную роль играл, понятно, народ русский. Те же украинцы, которые не хотели становиться частью этого «суперэтноса» и воевали на два фронта против гитлеровцев и сталинистов (имеется в виду УПА), соответственно, объявлялись врагами народа, коллаборационистами, прислужниками гитлеровцев и так далее».
Ссылка на публикацию Кралюка размещена на сайте крупнейшего информационного агентства страны — УНИАН, входящего в пятерку наиболее посещаемых ресурсов укрнета (посещаемость ИА достигает 130 тысяч пользователей в день).
Кралюк призывает не бояться сказать, что «советская власть для украинских земель была властью оккупационной, равно как и власть немецкая», и корит соотечественников за нежелание «говорить во весь голос, что украинцы первыми стали на бой с фашизмом». Службу в рядах красноармейцев своих земляков он объясняет «насильственным призывом», что, замечает эксперт, «не меняет оккупационной сущности этой армии».
Недавно автору, по его собственному признанию, попался роман Богдана Бастюка «Сопигора. Війна у війні». Кралюк цитирует рассуждения героя: «… Более «мудрые» и более «цивилизованные» соседи, от москалей до немцев, наперегонки начали нести сюда культуру, цивилизованность, новые схемы построения мира, светлое будущее и так далее. Спрашивается: если вы такие мудрые, культурные и цивилизованные, то почему по-свински заритесь на чужие земли, а по-волчьи — на жизнь и покой народа, которому эти территории испокон веков принадлежат? Не логичнее ли было бы построить рай земной у себя дома, а там… мы бы и сами попросились в этот рай. Не так ли?»
Профессор Зиновий Партыко из Запорожья предпочел коротко изложить на страницах той же газеты «День» несколько тезисов: статус Советской армии на территории Украины — это статус оккупационной армии («Да, украинцы шли служить в советскую армию. Так же, как шли служить в британскую армию сипаи в оккупированной Великобританией Индии. Правда, сипаи служили в британской армии за деньги, а украинские новобранцы часто служили из-за страха быть осужденными и отбывать наказание в лагерях ГУЛАГа»); украинская нация во Второй мировой войне проиграла, поскольку независимость не получила; единственной военной силой, которая воевала за независимость Украины, была УПА («воевала и против нацистов, и против большевиков, боролась за независимость как основную цель»).
«Во Второй мировой войне получила победу антигитлеровская коалиция, в состав которой входила Россия, сумевшая мобилизовать для сопротивления нацистской Германии все 14 колоний (республик) СССР и таким образом объединила разные национальности для обороны своих колониальных интересов, — продолжает он. — Если спроектировать нынешнее заявление В.Путина (во Второй мировой войне победил именно русский народ), то здесь он как раз намекает на то, что победила метрополия, а не колонии, входившие в состав СССР».
Следовательно, по его мнению, для Украины 9 мая — день скорби по тем шести-восьми миллионам граждан, которые погибли во Второй мировой войне, так и не получив для Малороссии независимость. «А сегодняшняя годовщина, 22 июня 2011 г., — это день всеукраинской трагедии, день всеукраинской скорби, день поминовения миллионов невинных жертв, которые так и не дождались счастливого времени жить в независимой Украине», — заключает эксперт.
Известные писатели Виталий и Дмитрий Капрановы на страницах «Украинской правды» — газеты, основанной журналистом Георгием Гонгадзе (посещаемость ресурса в день составляет порядка 172 тысяч индивидуальных пользователей), предостерегают любителей памятных дат, которые должны понимать, что «победа, спасшая украинцев от немецкого рабства, на длинные сорок пять лет закрепила их в рабстве советском». «Сравнивать их невозможно, так как не бывает худшего или лучшего рабства. Рабство — оно рабство и есть», — замечают они.
Эстонские СМИ предпочли информационный подход: между делом, сухо, сообщив, что сегодня отмечается в России. Так, например, отработало дату ведущее издание республики Postimees. Ресурс Delfi в русскоязычном варианте разместил на первой полосе фотографии ветеранов, возлагающих венки к Бронзовому солдату, сопроводив изображения небольшой заметкой (материал опубликован со ссылкой на портал русской общины Эстонии). «Фонтанка» едва не заподозрила прибалтийскую республику в неожиданной симпатии к России, однако на эстоноязычной версии Delfi никакого упоминания о войне нет.
Глава Союза журналистов Латвии Юрис Пайдерс в издании «Neatkarigas Rita Avize» приводит дополнительные факты, подтверждающие факт оккупации прибалтийской республики красной армией («с конца октября 1939 года в независимой Латвии размещалось 25 000 воинов Красной армии, около 5 000 человек технического персонала»).
«Если оккупацией мы называем вхождение чужих войск на территорию другого государства, то Латвия была оккупирована в октябре 1939 года», — сообщает журналист. Вместе с тем в словах Пайдерса нашлось место и самокритике — он недоумевает, почему уничтожение латвийской государственности в июне 1940-го прошло так гладко. «Почему даже те, кто проявил выдающееся геройство в боях за освобождение Латвии, не повернули стволы своего оружия против солдат чужой армии и вопреки приказу Улманиса (ред. президент Латвии в 1934-1940 годах) не постарались защитить независимость своего государства? — удивляется он. — Почему те, кто в лесах продолжал борьбу против большевиков до 1954 года, не начали борьбу в июне 1940 года?»
И вот на фоне этого буквально на амбразуру, защищая честь России, бросился молдавский юрист Валерий Безрутченко. На страницах информационно-аналитического портала Ava.md (проект группы политических и экономических аналитиков из Молдовы, Украины, России и Израиля) он рассказывает «об оглупленных до предела такого рода пошлой антиисторической пропагандой, отдельных недалеких обывателях», которые по его информации «даже подчас горестно вздыхают по поводу того, что фашистские «цивилизаторы» были наголову разгромлены Красной Армией, не успев довести до конца свою «гуманную цивилизационную миссию» на советской земле». Для автора «страшно и кощунственно звучат сегодня слова некоторых, странным образом «прозревших», молдавских «либеральных» политиков и историков особого сорта, которые цинично заявляют, что фашистские орды якобы несли на советскую землю некую «европейскую цивилизацию» и «освобождение от ига большевизма», проявляя «исключительно гуманное отношение» к населению на оккупированных территориях».
Вот так, очень по-разному «отметили» в мире столь запавшую нам в память дату начала Великой Отечественной войны.
